Украина — ключ к ослаблению РФ

Известный венгерский журналист Габор Штир написал статью о таких международных явлениях, как демонизация России и ее лидера Владимира Путина, геополитических играх США и незавидной роли во всем этом Европейского союза и Украины. При этом Габор Штир указывает, что будущее Украины — базовый вопрос нац. безопасности РФ.

Демонизация путинской России в полном разгаре. Почти цитируя риторику холодной войны западная пропагандистcкая машина, от большинства политиков до основной массовой прессы, вдалбливают в мировое общественное сознание, что Владимир Путин в погоне за очарованием бывшего имперского Советского Союза готов соорудить Евразийский союз и вернуть утраченные территории, если надо, даже с помощью военной силы.

Подогревая фольклор, построенный на древних понятиях о «варварстве» россиян, не забывают отметить, что хозяин Кремля потерял чувство реальности и его повышенный аппетит угрожает не только всему так называемому постсоветскому пространству, но и Европе и, по мнению некоторых, даже всему миру.

Недавний само ироничный анализ в Le Monde Diplomatique  указал на негативный и карикатурный взгляд многих комментаторов, изображающих Россию варварским государством, в котором правят полу монгольские казаки, запуганные КГБ-вскими эпигонами, плетущие в качестве наемников темные заговоры циничных, невротических «царей».

Эти отступившие на задний план, отставшие от времени автократы двигают пешки на шахматной доске политики, иногда, в качестве мелкой шалости, топят атомную подводную лодку, чтобы загрязнить Северный Ледовитый океан и, из-за внезапной идеи восстановления Советского Союза, вынуждают ближайшего соседа на незаконный референдум.

Следуя такой логике вряд ли возможно понять мотивы российской политики.

Эти низкокачественные попытки устрашения служат только для того, чтобы напугать западное общество и, с помощью неприятия связей с «империей зла», большая геополитическая игра пытается открыть зеленую улицу для смещения России, во многом даже не обращая внимания на сегодняшние реалии и фундаментальные интересы Европы.

Нынешний кризис, на самом деле, касается России, Украина является лишь инструментом, если хотите, жертвой в этой игре.

Европейский cоюз тоже частично проигрывающий участник, который просто дрейфует на стороне дергающего за нити Атлантического союза.

Два главных героя те же, что и во времена холодной войны, а реальную ставку представляет собой Россия, для которой не только экономический и культурный, а также и вопрос защищенности держать западных славянских соседей в сфере своего влияния или хотя бы в нейтральном пространстве.

Для России Украина больше, чем соседняя страна.

И тут надо думать не только об общей истории, корнях славянской культуры, переплетениях человеческих и экономических отношений, но и о том, что будущее развитие этого региона — базовый вопрос национальной безопасности России.

Об этом же писал Збигнев Бжезинский, указывая, что Украина имеет решающее значение в ослаблении России.

В соответствии с этим Вашингтон играл свою роль в так называемой »оранжевой революции», не упустив и возможностей, предоставляемых Евро майданом.

Европейский союз, по- своему, тоже присоединился к этим стараниям, по существу, программа Восточного партнерства направлена на это.

Уже по российским усилиям перед Вильнюсским саммитом было все более заметно, что приближается конфликт интересов, а радикализация Евромайдана, ослабление украинского государства и, наконец, поспешное свержение Януковича с последовавшей отменой закона о языках нацменьшинств, вступление в НАТО и непродуманное прекращение соглашения с Севастопольской базой лишь ускорили процесс.

Речь уже шла не о внешнеполитическом выборе Украины, а о самой России, о ее окружении.

Вырывание Украины из инсайдеров России имеет первостепенное значение для будущего Евразийского союза, направленного на обеспечение своей конкурентоспособности.

Евразия, по мнению Бжезинского, и есть та шахматная доска, на которой продолжается борьба за глобальное господство.

В последнее десятилетие 20-го века после перестроек, подобных землетрясениям, впервые внерегиональный центр власти стал ключевым лидером евразийских условий, а также силой номер один в мире.

При этом США жаждут сохранить свое влияние и сделать все, чтобы там не создался центр власти, который станет для них вызовом.

Чтобы предотвратить это, Запад и принуждает к действиям Россию, которая после двух десятилетий после распада Советского Союза взяла себя в руки ради отстаивания собственных интересов.

На самом деле эта решительность, к примеру, в Центральной Европе, выносит на поверхность плохие воспоминания, особенно если учесть, что с «возвращением Крыма домой» Россия переступила собой же ранее обозначенную границу.

В определенном смысле она потеряла непорочность, так как в течение десятков лет требовала от Запада нерушимости границ, уважения к международному праву, а теперь следует той логике, что, если другим позволено, то и ей можно.

Копирование американской практики придает новый оттенок российской политике, которая на протяжении последних двух десятилетий даже во времена конфликтов мучительно осторожно пыталась поддерживать хорошие отношения с Западом.

  • Это делалось в надежде однажды участвовать в неизбежной трансформации мира на равных условиях.
  • Теперь она порвала с таким подходом, дополнительно приносящим риск интересам безопасности, чтобы выйти из статуса побежденной власти.
  • Ей надоели постоянные нравоучения и явное игнорирование ее интересов.
  • В стремлении к консенсусу Москва достигла повышения уровня международного престижа, но у нее не было шанса переломить сложившуюся тенденцию считать ее второстепенной.

Признание этого факта также привело к началу открытой конфронтации, в которой Россия может снова заявить о себе в борьбе за формирование многополярного мира.

Этим Кремль начал большую, не лишенную рисков, игру с целью иметь право голоса в формировании будущего мира.

Тем не менее видно, что не все власти намерены это позволить и многие граждане испуганы.

Но нужно ли в самом деле бояться России?

Если кто-то под этим подразумевает возвращение российских войск, то ответ, безусловно, нет.

  • У Москвы не было бы сил на завоевания, даже если бы она и захотела.
  • Завоевывание территорий вовсе не входит в стратегию Кремля.
  • У России достаточно земли и она и с ней-то не всегда знает, что делать.
  • Сибирь все более заселяется китайцами.
  • К тому же, модернизация регионов Европы является серьезным вызовом для путинского режима.

Но тогда почему Россия присоединила Крым?

Даже не говоря о том, что и раньше Крым был русским из русских — ответ, как говорится, ясен. Потому что ее к этому вынудили!

В дополнение ко всему, кроме стратегической важности и широких возможностей, подъем Крыма, застрявшего в развитии после распада Советского Союза, будет нелегким делом и окажет заметную нагрузку на государственный бюджет.

Это к тому, хочет ли Москва завладеть восточной Украиной! Вряд ли это в ее интересах, однако есть власть, которая потирала бы руки, если бы могла втянуть Россию в подобную авантюру!

Но можно задать вопрос и по-другому! Надо ли бояться российского капитала?

В глобализованном мире это невозможно остановить, и в особенности пусть не говорят о страхе те, кто открывает перед этим дверь! И очень хорошо, что открывает, потому что сейчас в рамках сообщества этот рынок дает возможность диверсифицирования и является точкой прорыва.

Конечно, каждый должен решать, насколько широко открывать эту самую дверь, но если он ошибется, то в последствиях обвинять нужно не входящего.

И хорошо ли для мира, если Россия примет участие в формировании будущего?

Совсем неплохо, так как многополярное расположение лучше отвечает новым реалиям и вызовам, с которыми единственная сверхдержава, видимо, не в состоянии справиться.

Вместе с этим, стоит задуматься о том, как консервативная революция Путина, думающего о нации, а не о построении империи, может дать новый импульс восприятия общечеловеческих ценностей кризисному европейскому мышлению.

Так что бояться надо не России! А скорее того, что на длительное время заморозятся взаимоотношения двух полюсов евразийского геополитического региона. И это может быть на пользу только той третьей силе, которая заинтересована в слабости обеих сторон — как Европейского союза, так и России.

Без сотрудничества этих двух половин континента не только невозможно решить украинский кризис, но и обеспечить безопасность всей Европы. Не на верном пути тот, кто хочет укрепить эту безопасность, установив новые ракеты и создав новые военные базы. Это ни к чему хорошему не приведет!

Также и в экономических областях: оба полюса пострадают при возможной длительной оппозиции.

Тот, кто не хочет этого замечать, имеет очевидную заинтересованность, но устаревшее мышление!

В самом деле, такой логики надо опасаться. Как и того, что напряженные отношения между Западом и Россией искусственно провоцируют риторику холодной войны, а пренебрежение основными интересами противоположной стороны порождает негативные процессы в самой России.

Вряд ли кого-нибудь обрадует, если вспыхнувший в качестве устрашения национализм, неприятие Запада, интроверсия, имперское мышление, впрочем, копирующие американские методы, станут суровой реальностью.

Список негативных последствий укрепления оппозиции можно продолжать, но суть в одном — Россию надо не боятся, а вместо отчуждения — понять.

Так как это страна, пережившая советскую эпоху, с сильной европейской предрасположенностью, желающая работать вместе с Европой, в широком смысле необъятная — помимо этого, с лелеющей глобальные амбиции властью.

Изменение мышления в этом направлении может стать первым шагом на пути к сильной и безопасной Европе.

Габор Штир

http://www.pravda.ru/world/13-08-2014/1221205-usa-0/

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *