«Мы хотим, чтобы Башар Асад руководил Сирией»

рпв

«Не существует никакой «умеренной оппозиции», против которой бы нашими вооруженными силами или силами РФ проводились военные операции. Все эти разговоры идут в рамках информационной войны, которую проводит Запад против России и Сирии», – заявил газете ВЗГЛЯД чрезвычайный и полномочный посол Сирийской Арабской Республики Риад Хаддад, комментируя ситуацию на сирийском фронте.

Участие российских ВКС в антитеррористической операции в Сирии может коренным образом изменить баланс сил не только на Ближнем Востоке, но и во всем мире. И к действиям России приковано большое внимание всего международного сообщества.

  • Главным образом они волнуют США, которые имеют свой план относительно Сирии и не сходятся с Москвой в решающем вопросе – поддержке режима Башара Асада.
  • Взволнована и соседняя Турция, которая также играет особую роль в этом конфликте.

«Весь сирийский народ поддерживает российскую операцию, которая нацелена на уничтожение террористов на нашей территории»

За минувшие недели действия российской авиации породили волну обсуждений и слухов, самый распространенный из которых – что авиаудары приходятся по позициям так называемой умеренной оппозиции, которую поддерживают США и их союзники.

Чтобы выяснить, какова ситуация на самом деле, насколько серьезна террористическая угроза и есть ли пути для политического урегулирования сирийского кризиса, газета ВЗГЛЯД побеседовала с чрезвычайным и полномочным послом Сирийской Арабской Республики Риадом Хаддадом.

ВЗГЛЯД: Накануне президент США Барак Обама заявил, что подход Ирана и России к ситуации в Сирии «не сработал и не сработает», поскольку «подавляющее большинство сирийцев не считает режим (Башара Асада) легитимным». Что вы думаете об этом? На чьей стороне сирийцы?

Риад Хаддад: 

  • Во-первых, ни одна страна не имеет права вмешиваться во внутренние дела других государств, активных членов ООН.
  • Во-вторых, любой президент получает легитимность от своего народа, а не от третьей страны.

Президент Башар Асад – легитимный лидер, и он проходил через процедуру демократических выборов в прошлом году. Тогда за него проголосовало 80% сирийцев, принимающих участие в выборах. Избирательные урны являются определяющим фактором демократии.

Многие государства мира признали эти выборы. Однако некоторые страны продолжают проводить политику, направленную на установление гегемонии в свою пользу, это далеко от демократических принципов. Это нас не касается.

ВЗГЛЯД: Накануне сирийская армия, начавшая наступление на позиции ИГ, отчиталась о первых успехах. Есть продвижения в районах Хомса, Хамы, Халеба, Дерра, Эль-Кунейтры и т. д. Пожалуй, это первые крупные военные успехи Сирии за последние годы. Какова роль в этом ВКС России? И почему Сирия ранее не запрашивала помощи Москвы?

Р. Х.: Реальные контртеррористические операции на территории нашей страны начались после присоединения российских ВВС. Теперь можно сказать, что операции против террористов имеют организованный характер.

Действительно, некоторые могут сказать, что просьба сирийского правительства к Москве об оказании помощи пришла с некоторой задержкой.

  • Но Россия, в отличие от многих других стран, на протяжении всего этого времени сохраняла отношения со всеми сторонами кризиса в Сирии, а также с региональными и международными игроками.
  • Россия активизировала свои усилия для того, чтобы предотвратить войну в Сирии. Более того, Москва направила активные усилия, чтобы решить сирийскую проблему политическим путем.

Вспомним хотя бы Женеву-1 и итоговое коммюнике этого международного форума. Потом Сирия по инициативе Владимира Путина присоединилась к ОЗХО (Организация по запрещению химического оружия – прим. ВЗГЛЯД).

Переговоры продолжились на конференциях «Москва-1» и «Москва-2». Пиком дипломатической и политической активности России в деле разрешения сирийского кризиса стало заявление Владимира Путина о создании реальной антитеррористической коалиции с участием Саудовской Аравии, Ирана, Сирии, Ирака и Турции. Конечно же, создание подобной коалиции было бы чудом.

Некоторые смотрели на эту инициативу как на проявление слабости.

  • Поэтому террористы активизировали свои усилия против сирийской армии, которая воюет на земле. ДАИШ (ИГ – прим. ВЗГЛЯД), «Джебхат ан-Нусра», «Джейш аль-Фатх» и «Джейш аль-Ислам» объединили свои усилия против нас.

Всему миру было понятно, что конечная цель террористов – не только уничтожить правительство Сирии. Есть и другая цель, и она заключается в уничтожении оси сопротивления, которая состоит из России, Ирана, Ирака, Сирии и сил сопротивления. Поэтому все страны объединили усилия, чтобы выиграть войну в Сирии.

  • В это время Российская Федерация работала над тем, чтобы решить вопрос политическим путем и дать всем сторонам возможность найти политические пути выхода из кризиса.
  • Но в конечном итоге Россия осознала, что данный террор, который сеет страх в нашей стране, будет отрицательно сказываться на национальной безопасности РФ.
  • Поэтому Москва присоединилась к нашей операции – чтобы помочь своим союзникам в лице Сирии в борьбе против терроризма.

ВЗГЛЯД: Курды также ведут борьбу с ИГ в Сирии. Какую роль сейчас имеют курды в сирийском конфликте? Каковы в данный момент взаимоотношения между курдами и властями Сирии, возможно ли прямое сотрудничество?

Р. Х.: Курды являются важным компонентом общества в Сирии, таким же, как и все остальные, кто проживает на нашей территории.

  • Естественно, мы поддерживаем курдов в противостоянии террористам.
  • Мы, через нашу армию, вооружаем их, поэтому действия курдов против террористов смогли достичь успеха, и они сумели освободить несколько поселений. Мы постоянно их поддерживаем.
  • В данный момент они воюют вместе с сирийской армией, и делают это активно.

Конечно, наша армия и правительство будет поддерживать их, пока у них не появится желание отделиться от Сирии и усилятся сепаратистские настроения.

Потому что в конечном счете наше правительство работает над тем, чтобы сохранить территориальную целостность государства, независимость и единство.

ВЗГЛЯД: Ранее НАТО выразило озабоченность и призвало Россию «прекратить наносить удары по умеренной оппозиции» в Идлибе, Хаме и Хомсе. Кем заняты эти районы?

Р. Х.: Во-первых, я хочу напомнить, что не существует умеренных и неумеренных террористов. Террор есть террор. Каждый человек, который держит в руках оружие, сея страх среди мирных жителей, однозначно является террористом.

Поэтому сирийская армия воюет против тех боевиков, которые держат оружие, убивают людей и присоединились к террористическим организациям.

Это что касается террора. Что же касается оппозиции, то это здоровые элементы общества. Оппозиция не держит в руках оружие и не убивает людей.

Наше правительство ведет переговоры с оппозиционерами в Сирии. Мы встречались с ними на Женеве-1, Женеве-2, а также консультативных встречах «Москва-1» и «Москва-2». Ситуация в Сирии имеет два направления: первый трек – это уничтожение террористов до конца, и второй трек – это политические переговоры.

  • Если говорить о тех районах, которые вы упомянули в своем вопросе, то там присутствуют боевики ИГ, «Джебхат ан-Нусры», «Джейш аль-Фатха» и «Джейш аль-Ислама».
  • И не существует никакой «умеренной оппозиции», против которой бы нашими вооруженными силами или силами Российской Федерации проводились военные операции.
  • Все эти разговоры идут в рамках информационной войны, которую проводит Запад против России и Сирии.

ВЗГЛЯД: Еще несколько слов об оппозиции. В Москву приезжал Халид Ходжа, лидер Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил (НКСРОС). Еще живы люди из старой школы, которые работали с Хафезом Асадом, были близки к нему. Возможна ли попытка включения в диалог таких людей, как Мустафа Тлас, Абдул Халим Хаддам или их условных продолжателей? Нужно же с кем-то вести диалог Дамаску?

Р. Х.: Политика, которую проводит Запад и так называемое международное сообщество, является ошибкой по отношению к нашему региону.

  • Когда мы участвовали в переговорах «Женева-2», Запад заявил, что НКСРОС является единственным представителем сирийского народа.
  • В России всегда заявляли, что в Сирии существует и другая оппозиция, поэтому нельзя говорить, что НКСРОС является единственным представителем сирийского народа.
  • Но на протяжении пяти лет Запад не может поверить в это.

Наша земля открыта для американцев, их союзников из арабских стран, которые поднимают свои самолеты и бомбят без разрешения территорию Сирии с целью уничтожения нашего правительства.

Но мы видим, что они в этом полностью провалились.

  • Запад пытался использовать и так называемую умеренную оппозицию, и даже радикальную оппозицию.
  • Они вооружали их, создавали для них лагеря подготовки, финансировали их, но все бесполезно.

«Всему миру было понятно, что конечная цель террористов – не только уничтожить правительство Сирии. Есть и другая цель, и она заключается в уничтожении оси сопротивления, которая состоит из России, Ирана, Ирака, Сирии»

Именно поэтому мы говорим о том, что политический трек разрешения сирийского кризиса наиболее важен. Мы готовы постоянно сотрудничать с умеренными силами, которые национально ориентированы и реально хотят решить кризис на нашей территории.

Президент Башар Асад неоднократно заявлял, что готов сотрудничать с национально ориентированной оппозицией, а не с той оппозицией, которая финансируется извне и преследует узкие интересы иностранных государств.

ВЗГЛЯД: Из кого состоит ИГ В Сирии? И какие группировки, помимо ИГ, представляют наибольшую угрозу для сирийского государства? 

Р. Х.: ИГ как террористическая организация создавалась в Ираке. Естественно, никто не думает, что такая огромная организация, как ИГ, создавалась за один день.

Поэтому мы заявляем, что ИГ – это «дочерняя компания» Запада. Он его создал, готовил, финансировал и вооружал – для того, чтобы расширить свои географические территории на земле, и для того, чтобы угрожать режимам в регионе.

  • В результате данная организация вышла из-под контроля Запада, и потому они начали создавать угрозы уже для всех.
  • Они вошли в Сирию со стороны Ирака. Они начали заниматься резней, устрашением, начали вынуждать жителей покинуть свои дома.
  • Некоторые другие террористические группировки начали присоединяться к ИГ из чувства страха, поэтому сила ИГ выросла.
  • Это группировки, которые поддерживались Саудовской Аравией и Турцией – они финансировали их и давали оружие, сила ИГ выросла из-за этого.
  • Также она увеличила свой бюджет из-за того, что начала нелегально продавать нефть на севере страны, при поддержке Саудовской Аравии.

ВЗГЛЯД: После того, как Россия начала участвовать в антитеррористической операции, в интернете стала появляться информация о том, что в стране возникли антироссийские настроения. Были ли пикеты, демонстрации на самом деле?

Р. Х.: Весь этот разговор идет в рамках информационной войны Запада. Эта война началась с украинского кризиса, и темпы ее увеличились в разы после того, как Россия подключилась к операции в Сирии.

Хочу подтвердить, что весь сирийский народ поддерживает российскую операцию, которая нацелена на уничтожение террористов на нашей территории. И нет ни одного сирийца, который против присоединения России к этой операции.

  • Когда ИГ и «Джебхат ан-Нусра» начали убегать под давлением российских ударов в сторону Турции, некоторые из них сложили оружие и сдались нашей армии. Другие в большинстве своем были убиты.
  • И мирные жители из сел, освобожденных от террористов, вышли на улицы для того, чтобы приветствовать нашу армию.
  • Женщины даже убрали ту одежду, которая покрывала все тело сверху донизу, показав, что это они заставили их надеть ее. Они очень радостно встречали нас – как будто люди, которые были в тюрьме и вышли на свободу.

Поэтому не верьте пропагандистской машине западных стран – это лживая информационная война.

ВЗГЛЯД: Какова роль Турции в этом конфликте? Кого поддерживает Анкара и как в Сирии относятся к идее «буферной зоны» на границе с Турцией, которую Турция лоббирует?

Р. Х.: К сожалению, роль Турции можно охарактеризовать как крайне отрицательную по отношению к нашей стране.

  • У нас пограничная территория в 900 км.
  • Они открыли эту границу для проникновения всех террористов, чтобы они пришли и убивали мирных жителей у нас, в Сирии.
  • Они создавали лагеря для их подготовки.

Одна из их целей – убрать курдов, которые проживают в городах и селах на границе с Турцией.

  • Они хотят создать буферную зону для того, чтобы там жил кто угодно – ИГ, «Джебхат ан-Нусра», «Джейш аль-Ислам», лишь бы только там не было курдов.
  • Поэтому Анкара лоббирует идею буферной зоны, которая, кстати, не нашла отклика ни у нас в Сирии, ни в США, ни у европейцев, ни в Российской Федерации. Никто с ними не согласен.
  • Сирия отказывает в этом, и мы будем воевать до последней капли крови, чтобы уничтожить всех террористов на нашей территории.

Все видели по телевизору поток беженцев, который хлынул в сторону Европы. Откуда они пришли?

  • Они не пришли из Сирии.
  • Они из тех лагерей, которые Эрдоган открыл для них еще до начала кризиса в Сирии.
  • Когда ни одна страна не согласилась с Эрдоганом в создании буферной зоны на территории Сирии, и он открыл эти лагеря, чтобы беженцы хлынули в Европу, как инструмент давления на европейцев.
  • Так что проблема беженцев – не гуманитарная. Это политическая проблема.

ВЗГЛЯД: На ваш взгляд, как долго продлится антитеррористическая операция против ИГ и других террористов? Как вы думаете, возможен ли вариант, что США, Саудовская Аравия, Турция, Катар сумеют добиться ухода Башара Асада?

Р. Х.: Если операция продолжится в таком духе и темпе, то нам понадобится несколько месяцев. И если так называемое международное сообщество будет придерживаться решения ООН и продолжать борьбу с терроризмом, то нам понадобится даже меньше, чем несколько месяцев.

Могу сказать вам, что представители США и других западных стран находятся сейчас в некотором замешательстве.

  • Некоторые заявили, что согласны с тем, чтобы президент Асад оставался на некоторое время, до тех пор, пока не будет покончено с терроризмом.
  • Другие говорят, что он не может быть у власти.

Но мы совершенно не обращаем внимания на подобные заявления. Мы хотим, чтобы господин Башар Асад руководил страной и управлял правительством в Сирии. Мы никогда не согласимся с диктовкой извне. Поэтому они могут заявлять все что угодно – мы не будем обращать на это никакого внимания.

Текст: Георгий Асатрян, Екатерина Нерозникова   http://www.vz.ru/world/2015/10/20/773290.html

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *